- Владимир Левчук
- Сегодня 15:42
Закаляя военный характер
Стажировка становится важнейшим этапом превращения курсантов в офицеров
В жизни войсковых и флотских подразделений систематически возникают ситуации, слегка выходящие за рамки строго очерченной схемы повседневной учебно-боевой деятельности. К таким относятся войсковая стажировка и корабельная практика курсантов военных вузов Министерства обороны Российской Федерации. Для будущих офицеров это важнейший этап освоения специальности, приобретения профессиональных навыков, которые во многом формируют представление о предстоящей службе в войсках и на флотах. Стажировка помогает курсантам научиться мыслить на более высоком уровне и овладевать способностью эффективно решать задачи от самых простых до сложных – комплексных.
Успешность такого периода напрямую влияет на повышение уровня профессиональной подготовки каждого военного стажера. Зачастую она определяет, насколько грамотными командирами, политработниками или инженерами те станут в ближайшем будущем.
Стажировка - это не просто обязательный элемент учебной программы, но и важная страничка на пути формирования личности будущего офицера. Своеобразный мостик, позволяющий соединить теоретические знания с практическим опытом, учебную аудиторию с войсковым полигоном, мечту о службе с ее суровыми реалиями.
Именно здесь, в условиях повседневной жизни войсковых и флотских подразделений, курсанты не только осваивают свою специальность, но и формируют представление о будущей службе, закаляют характер и делают первые уверенные шаги на пути к офицерскому званию. Видимо, поэтому каждый из курсантов испытывает священный трепет еще в период подготовки к стажировке.
Так случилось, что редакцию нашей газеты посетила группа курсантов, пожелавших в рамках культпохода приоткрыть завесу таинственности газетного дела, узнать, чем живут коллективы военных средств массовой информации, пообщаться с военными журналистами. Естественно, и нам захотелось узнать, каковы они - нынешние курсанты, сохранились ли в их среде традиции и дух курсантов минувших десятилетий. Среди прочих выделялся молоденький мичман с пытливым взглядом. Думалось, что парень уже на службе по призыву принял осознанное, взрослое решение - стать офицером русского флота. Однако я ошибся.
Путь к профессии для Максима Кожухина начался задолго до окончания школы. Задумываться о своем будущем он начал еще в девятом классе. Активно расспрашивал взрослых, обсуждал варианты с ровесниками, но четкого ответа на вопрос, кем быть, так и не находил. Отец, видя его колебания, посоветовал не торопиться:
Тем не менее оставался вариант поступления здесь же, в "Поповке" (так на курсантском сленге величают уважаемое училище радиоэлектроники. - Авт.), на факультет средней военно-специальной подготовки (СВСП). Важно отметить, что курсанты, обучающиеся по программам среднего военного образования, заключают контракт на время обучения и три года военной службы после его окончания. При этом они все же находятся на казарменном положении, но пользуются той же учебной базой, что и курсанты факультетов высшего профессионального образования, и им предоставлены те же условия быта и досуга.
Обучаясь на факультете СВСП, после второго и третьего курсов Максим проходил практику в главной базе подводных сил Северного флота Гаджиево. На многоцелевом атомоходе "Гепард" "звериной дивизии", чьи корабли назывались именами свирепых и опасных животных ("Пантера", "Тигр", "Волк", "Вепрь" и т.д.), молодые моряки узнали, что и как работает на подводной лодке, бывалые морские волки объяснили особенности ее эксплуатации.
Тогда мальчишкам бросилась в глаза невиданная для них доселе сплоченность подводников, подолгу находящихся в ограниченном пространстве. Между ними проглядывалось такое тонкое, почти неощутимое взаимопонимание, где каждый выполняя свою задачу, действовал, словно часть единого механизма. Люди, казалось, понимали друг друга без слов, каждый был на своем месте и четко знал, что делать.
Ну а распределение мичман Кожухин получил в ремонтную базу Черноморского флота, дислоцированную в Севастополе. В тот период большинство личного состава находилось в командировках, выполняя задачи специальной военной операции. Работать приходилось, без преувеличения, за десятерых.
Именно этот напряженный труд и самоотдача, с которой парень выполнял порученное дело, дали Максиму возможность зарекомендовать себя и двигаться дальше по выбранному пути. Из родного вуза пришло предложение продолжить учебу на факультете высшего профессионального образования. Командир части был не против: мол, желаешь учиться - учись!
И вот Максим, курсант четвертого курса факультета автоматизированных систем управления, прошел стажировку на узле связи Северного флота. Несмотря на то, что некоторые аспекты выходят за рамки основной специализации освоения АСУ, курсанты были распределены на конкретные должности и выполняли соответствующие им обязанности в качестве стажеров. С ними проводилась теоретическая подготовка, были интенсивные практические занятия. Ребята изучали технику и в составе штатных подразделений разворачивали ее, приводили в боевое и походное положение. Например, мичман Кожухин получил ценный опыт, осваивая обязанности инженера расчета мобильного комплекса связи.
Оглядываясь назад, будущий офицер, у которого за плечами уже восемь лет военной службы, совсем по-другому относится к выбору, сделанному после окончания школы.
Успешность такого периода напрямую влияет на повышение уровня профессиональной подготовки каждого военного стажера. Зачастую она определяет, насколько грамотными командирами, политработниками или инженерами те станут в ближайшем будущем.
От теории к практике
Стажировка - это не просто обязательный элемент учебной программы, но и важная страничка на пути формирования личности будущего офицера. Своеобразный мостик, позволяющий соединить теоретические знания с практическим опытом, учебную аудиторию с войсковым полигоном, мечту о службе с ее суровыми реалиями.
Именно здесь, в условиях повседневной жизни войсковых и флотских подразделений, курсанты не только осваивают свою специальность, но и формируют представление о будущей службе, закаляют характер и делают первые уверенные шаги на пути к офицерскому званию. Видимо, поэтому каждый из курсантов испытывает священный трепет еще в период подготовки к стажировке.
Так случилось, что редакцию нашей газеты посетила группа курсантов, пожелавших в рамках культпохода приоткрыть завесу таинственности газетного дела, узнать, чем живут коллективы военных средств массовой информации, пообщаться с военными журналистами. Естественно, и нам захотелось узнать, каковы они - нынешние курсанты, сохранились ли в их среде традиции и дух курсантов минувших десятилетий. Среди прочих выделялся молоденький мичман с пытливым взглядом. Думалось, что парень уже на службе по призыву принял осознанное, взрослое решение - стать офицером русского флота. Однако я ошибся.
Бросая жребий
Путь к профессии для Максима Кожухина начался задолго до окончания школы. Задумываться о своем будущем он начал еще в девятом классе. Активно расспрашивал взрослых, обсуждал варианты с ровесниками, но четкого ответа на вопрос, кем быть, так и не находил. Отец, видя его колебания, посоветовал не торопиться:
Это дало время для размышлений, и к окончанию школы он определился:- Ну что ж учись дальше, заканчивай 11 классов, там решишь.
Обидно, но факт: одна десятая балла не позволила Максиму участвовать в конкурсе на поступление в выбранный им институт. Это стало серьезным разочарованием для мальчишки, но, как часто бывает, выход подсказал житейский опыт отца. Среди его друзей оказались офицеры, окончившие Военно-морской институт радиоэлектроники имени А.С. Попова. Эти люди с теплотой отзывались о своей альма-матер, где некоторые специальности были напрямую связаны с программированием.- Буду программистом! Перспективы профессии, ее востребованность и связь с современными технологиями выглядели по-настоящему привлекательными. Однако судьба распорядилась иначе.
Но и здесь все оказалось непросто. Покидая школьную скамью, Кожухин на ЕГЭ не сдавал физику, но кто-то "очень умный" подсказал, что это испытание можно пройти на вступительных экзаменах. Однако, "У нас так не работает", - ответили ему в приемной комиссии.- По правде сказать, сначала я засомневался, так как не был склонен к военному образованию, - честно признается Максим. - Но, разузнав, какие есть специальности, направления обучения, связанные с радиоэлектроникой, понял, что это, пожалуй, мое.
Тем не менее оставался вариант поступления здесь же, в "Поповке" (так на курсантском сленге величают уважаемое училище радиоэлектроники. - Авт.), на факультет средней военно-специальной подготовки (СВСП). Важно отметить, что курсанты, обучающиеся по программам среднего военного образования, заключают контракт на время обучения и три года военной службы после его окончания. При этом они все же находятся на казарменном положении, но пользуются той же учебной базой, что и курсанты факультетов высшего профессионального образования, и им предоставлены те же условия быта и досуга.
Новая атмосфера
Мичман Кожухин искренне считает, что военная служба играет огромную роль для ребят, особенно в самом ее начале. Она для многих становится настоящей школой жизни, где они впервые понимают, что такое человеческие отношения, как строится мужской коллектив, как важны нормы морали и даже элементарная дисциплинированность. Именно здесь они видят, насколько ценны и действенны те устои, которые формировались веками.- Мне было 16 лет, когда я пришел в институт, - рассказывает мичман Кожухин, - а в 19, в 1922 году, выучившись на гидроакустика, я выпустился со средним военным образованием.
- Военная служба предполагает ответственность и определяет особые правила поведения в обществе. Но те ограничения, которые она действительно накладывает в силу своей специфики и статуса, меня особо не разочаровали. Видимо, вдоволь нагулялся к шестнадцати годам. Школьные друзья остались в прошлом, зато открылся новый круг общения с сокурсниками - замечательными, целеустремленными ребятами, с ними я чувствую себя комфортно и уверенно.
На флот и обратно
Обучаясь на факультете СВСП, после второго и третьего курсов Максим проходил практику в главной базе подводных сил Северного флота Гаджиево. На многоцелевом атомоходе "Гепард" "звериной дивизии", чьи корабли назывались именами свирепых и опасных животных ("Пантера", "Тигр", "Волк", "Вепрь" и т.д.), молодые моряки узнали, что и как работает на подводной лодке, бывалые морские волки объяснили особенности ее эксплуатации.
Тогда мальчишкам бросилась в глаза невиданная для них доселе сплоченность подводников, подолгу находящихся в ограниченном пространстве. Между ними проглядывалось такое тонкое, почти неощутимое взаимопонимание, где каждый выполняя свою задачу, действовал, словно часть единого механизма. Люди, казалось, понимали друг друга без слов, каждый был на своем месте и четко знал, что делать.
Ну а распределение мичман Кожухин получил в ремонтную базу Черноморского флота, дислоцированную в Севастополе. В тот период большинство личного состава находилось в командировках, выполняя задачи специальной военной операции. Работать приходилось, без преувеличения, за десятерых.
Именно этот напряженный труд и самоотдача, с которой парень выполнял порученное дело, дали Максиму возможность зарекомендовать себя и двигаться дальше по выбранному пути. Из родного вуза пришло предложение продолжить учебу на факультете высшего профессионального образования. Командир части был не против: мол, желаешь учиться - учись!
Личное отношение
И вот Максим, курсант четвертого курса факультета автоматизированных систем управления, прошел стажировку на узле связи Северного флота. Несмотря на то, что некоторые аспекты выходят за рамки основной специализации освоения АСУ, курсанты были распределены на конкретные должности и выполняли соответствующие им обязанности в качестве стажеров. С ними проводилась теоретическая подготовка, были интенсивные практические занятия. Ребята изучали технику и в составе штатных подразделений разворачивали ее, приводили в боевое и походное положение. Например, мичман Кожухин получил ценный опыт, осваивая обязанности инженера расчета мобильного комплекса связи.
Оглядываясь назад, будущий офицер, у которого за плечами уже восемь лет военной службы, совсем по-другому относится к выбору, сделанному после окончания школы.
- Ведь изначально ты не был в восторге от идеи направиться в военное училище, верно? - задаю я вопрос.
- Не скрываю.
- Но за эти годы твое отношение к флоту, военной службе, воинскому долгу как-то изменилось? Что для тебя сейчас это значит?
Он подметил, что расширившийся кругозор позволяет четче определиться с местом дальнейшей службы.- Знаете, я бы не сказал, что восприятие поменялось кардинально. Скорее, мне стало проще воспринимать себя в окружающей обстановке. Я естественным образом как-то свыкся, сжился с этим. В школе думал, что военная служба - это сплошные ограничения, постоянное пребывание на территории части, буквально замкнутое пространство, - задумчиво рассуждает Максим. - Да, это все есть, но воспринимается гораздо легче, когда ты в этом уже восемь лет. Так что я не могу сказать, что мне было морально тяжело или чересчур некомфортно.
- Если честно, для меня идеальный вариант Балтика или Север, - делится соображениями мичман. - Но на самом деле я готов к любой работе, в любой воинской части - вообще готов ко всему. Самое главное для меня - чтобы коллектив был хороший.
- А нет ощущения, что ты в чем-то стал лучше своих сверстников, которые остались "на гражданке"? В плане того же материального и социального обеспечения, например. Ты же сам понимаешь, что зарплаты у военных сейчас куда выше, чем у большинства обычных людей.
Максим признался, что порой приходится сравнивать себя с теми, кто остался "на гражданке".- Конечно! И общество стало относиться к людям в погонах, особенно к военнослужащим, значительно лучше, с большим уважением. Армейский и флотский быт, военная служба и жизнь "на гражданке" - несоизмеримые категории бытия.
Но есть и те, кто пока не нашел своего пути, кто потерялся и застрял в подвешенном состоянии. Разговариваешь с ними и видишь: они просто плывут по течению, позволяя событиям идти своим чередом. А внутри - зияющая пустота. Эти ребята не чувствуют себя на своем месте, не понимают, куда им двигаться. Еще не открыли себя, не осознали, кто они на самом деле и чего по-настоящему хотят от будущего.- Ведь если их разделить даже условно, то испытываешь уважение к тем, кто определился в жизни, у кого уже есть какая-то база, кто отучился и теперь работает на благо Отечества. Да даже себе во благо!
Дело жизни
Такая рассудительность нового поколения кадровых военных, конечно, радует. При этом понимаешь, что достигнутые успехи держатся не только на личных заслугах молодого человека. Основная поддержка для любого курсанта исходит от самых близких людей.- Знаете, я действительно рад, что армия сделала меня таким, какой я есть сегодня, - без тени иронии заявляет Максим.
Парень поддерживает регулярную связь с отцом, выполняющим сейчас на Луганщине задачи материльно-технического и тылового обеспечения воюющих подразделений.- Семья всегда гордилась моими успехами в учебе, - с улыбкой отвечает на мой вопрос Максим. - Когда я приезжаю домой, особенно в форме, это всегда праздник. Родители счастливы видеть, что я продолжаю учиться и не бросаю дело, которому решил посвятить свою жизнь.
Еще мальчишкой он испытывал потребность равняться на отца, на его поступки. И тот, конечно, был примером во всем. Теперь же появилось естественное желание перерасти его:- Я стараюсь не расспрашивать его слишком много, потому что понимаю особенности происходящего в районах проведения спецоперации, и какие у него сейчас нагрузки, - объясняет курсант. - Но скоро он приедет в отпуск, мы обязательно увидимся и поговорим обо всем.
- Сейчас я уже хочу стать лучше! Быстрее, выше, сильнее! - с улыбкой произносит он в завершение нашей беседы.
